Избиратель

Эффективные политтехнологи или Как побеждать на выборах, используя правоохранительный орган

В Казань я ездил для того, чтобы поддержать «голосовцев» - нашего координатора по Республике Татарстан Мишу Тихонова и Азата Габдульвалеева. Оба получили прививку от нашего государства в виде повторных утренних обысков, изъятия электронной техники, и блокировки счетов. Иммунитет к государственному произволу, несомненно повысился, но нервов у них и их семей эти прививки отняли много.
И Миша и Азат много сделали для защиты избирательных прав граждан, прав, которые закреплены в Конституции, и которые должны обеспечиваться и защищаться государством. Но оно этого не делает. Точнее говоря, государство, превратилось в защитника самого себя, а выборы имитирует для видимости демократии. И сопротивляется, если граждане, поняв это, начинают самостоятельно защищать свои конституционные права.

Я не буду здесь говорить о том, как государство, собрав у себя основные экономические ресурсы и используя все свои органы – законодательную и судебную ветви власти, силовиков, являющихся частью власти исполнительной, и прокуратуру, непосредственно подчиняющуюся Президенту, в также обильно подкармливаемые СМИ, активно участвует в выборах в качестве политического игрока. Наше государство вопреки Конституции ограничило пассивное избирательное право (право быть избранным) - как прямыми ограничениями, так и косвенными – всякими драконовскими подписными фильтрами. Наше государство обустроило удобную для себя и подконтрольную систему избирательных комиссий. Наше государство огородило себя от нежелательных кандидатов идиотскими ограничениями в агитации, сервильными судами и правооохранителями.
На выборах оно действует как огромный избирательный штаб с неограниченными ресурсами и вездесущими подразделениями в форме местных администраций. При этом оно не стесняется привлекать и коммерческих политтехнологов, иногда даже включая их в штат администраций.
Административные избирательные технологии по своим ресурсам не идут ни в какое сравнение с технологиями, описанными в классических книгах по избирательным технологиям. Но здесь я коснусь только одной, наиболее близкой мне темы – борьбы государства с общественными наблюдателями на выборах.

Методы этой борьбы до недавнего времени ограничивались вполне «травоядными» созданием псевдообщественных организаций наблюдателей и имитацией общественного наблюдения. Массовые удаления наблюдателей с избирательных участков на некоторое время утихли после «второго пришествия» Путина и введения законодательной нормы о том, что удаление возможно только по суду. Так же, как раньше организаторы выборов не замечали этих удалений, теперь организаторы перестали замечать избиение наблюдателей «неустановленными лицами» и «доставление наблюдателей» в отделения полиции. Удаление по суду было компенсировано введением административной ответственности за «вмешательство в осуществление полномочий избирательной комиссией».

2020-й год оказался переломным в области избирательных прав. Действующая власть решила окончательно закрепить своё существование, продлила возможность имитировать свое избрание, подстроила под себя государственную систему и успешно вывела страну из правового поля.
Это почувствовалось сразу, еще до конца года. Политические судебные процессы, начавшиеся в 2019 году, продолжились массированным давлением на политических оппонентов. Главными она назначила Фонд борьбы с коррупцией, «штабы  Навального» и «Открытую Россию». Этим досталось больше всех. Любая связь с этими организациями по представлениям государства должна быть наказана. Ну, да: они же политические противники, в некоторых случаях даже выдвигают своих кандидатов, но чаще, просто - посягают на написанный администрацией сценарий.
У упомянутых «врагов государства» нашлись пособники в лице «неполитических» активистов: то экологи вылезут, то честные журналисты, то автомобилисты, то просто граждане, не любящие слишком засидевшуюся власть. А недемократическая власть хорошо понимает, что всякое сомнение - тем более активное - опасно. И в конце концов порождает реальных политических противников. С другой стороны, не сажать же сразу за то, за что вообще наказание никак не предусмотрено. 

Удобной избирательной технологией оказалась технология «От двери к двери». Несколько модифицированная в административном ключе. Заключается она в следующем.
К избирателю лучше всего приходить в 6 часов утра в составе 7-12 человек с двумя автоматчиками. В это время дома обычно не только избиратель, но и его семья. Даже если самого избирателя дома нет, можно надеяться, что семья получит достаточно внятную агитацию. В случае отказа открыть дверь – вскрывать ее методами МЧС.
Агитаторам важно вести себя уверено, всячески показывая, кто в доме хозяин. Вещи избирателя и членов семьи лучше всего небрежно раскидывать, как в кино. Нельзя также упускать из виду детские вещи, поскольку дети – будущие избиратели.
Любое возражение нужно трактовать как неповиновение законным требованиям полиции, которое влечет за собой известный политтехнологический прием «мордой в пол» и доставление в избирательный штаб.
Но самое главное – лишить избирателя возможности дальше сомневаться в правильном выборе. С этой целью надо обязательно изъять все электронные носители, причем неважно что на них записано. Всякие отговорки типа того, что это лишь детская игрушка, следует пресекать. Телефоны изымаются все, стационарные – по обстоятельствам. Избирателю следует дать понять, что до окончания следственных действий он ничего обратно не получит.

Примерно таким образом по рассказам Миши и Азата у них проводились обыски год назад и 9 сентября этого года. Обыски проводились – внимание! – по постановлению судьи Басманного районного суда города Москвы Дударь Н.Н.  в связи с делом «Юкоса», возбужденным 20 июня 2003 года. В постановлении судьи указано, что «из средств, похищенных Ходорковским М.Б., Невзлиным Л.Б. и другими лицами …финансируются индивидуальные предприниматели и другие лица, в том числе …(указаны Габдульвалеев и Тихонов)».
По утверждениям Миши и Азата, они ни сном, ни духом не слышали про их финансирование Ходорковским. Год назад у них тоже проводили обыски с изъятием. Но тогда им вменяли сотрудничество с ФБК.

Утверждение судьи, о том, что Миша и Азат финансируются Ходорковским (а в прошлом году - Навальным) высосано из пальца неупомянутого сотрудника ФСБ, но его «справка» есть в материалах дела. Этот «старший оперуполномоченный 2 направления 6 отдела Управления «К» 4 службы ФСБ России капитан имярек,  перечисляет в своей «справке» от 28 августа 2020 года 19 гражданских активистов (в том числе, насколько кандидатов в депутаты), у которых «могут находиться документальные материалы, а также иные предметы и документы, подтверждающие преступную деятельность, проводимую бывшими акционерами ОАО «НК»ЮКОС». Акционеры эти находятся в разных регионах России, а капитан сидит в Москве, получает немаленькую зарплату от государства, а в данном случае  – гонорар политтехнолога.
Он или какой-нибудь его коллега из того же учреждения, в своей небескорыстной борьбе за «государственные интересы», написал такую же «справку» на политического конкурента – редактора независимой нижегородской газеты «Koza.Press» Ирину Славину. Другие сотрудники государственного избирательного штаба на основании этой справки провели у нее очередную политтехнологическую акцию, изъяв все средства производства. До этого Ирина несколько раз привлекалась за свою деятельность к административной ответственности. Ирина отреагировала так, как может отреагировать человек, попавший на войне в безвыходную ситуацию.

В этом же Нижнем Новгороде к уголовной ответственности привлечен Иосилевич М.А. на основании того, что «продолжая реализацию умысла на участие в ее («Открытой России») деятельности действуя умышленно в целях посягательства на основы конституционного строя и безопасности государства , находясь в помещении …, принадлежащем ему на праве собственности , организовал путем предоставления указанного помещения и необходимого оборудования мероприятия по обучению наблюдателей …, проводимого в рамках проекта «Объединенные демократы» Общественного сетевого движения «Открытая Россия», а также принял участие в данном мероприятии. …Таким образом Иосилевич М.А. участвовал в деятельности на территории Российской Федерации иностранной неправительственной организации, …в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации».
Иосилевич предоставил свое помещение «Голосу», проводившему обучение наблюдателей. Никакого отношения это обучение к нежелательной  «Открытой России» не имело.
 
Жду, когда меня обвинят в получении пенсии от Ходорковского…Или в пособничестве Чикатило. И изымут компьютер, на котором я печатаю эти антигосударственные слова. Государственным политтехнологам все-равно как врать. Политтехнологи в своей массе вообще очень циничные люди. Политтехнологи с НТВ, например, десять лет несут про «Голос» вранье, но компенсируют его себе хорошими подачками и не заморачиваются нравственностью.

Отмечу еще одну важную деталь. Московскому капитану ФСБ, в общем-то, наплевать на то, как пройдут выборы в Татарстане. Не наплевать местному государственному избирательному штабу – региональной администрации и ее куратору в Администрации Президента. Московский капитан, высасывая свою справку для Басманного суда, понятия не имел, кто такие Габдульвалеев и Тихонов. Тем более, ни в каких документах «Юкоса» они не фигурировали. Угадайте теперь, откуда у него эти фамилии? Да, все из того же избирательного штаба.

У активистов изъяли оргтехнику. У Миши заморозили вклады. Первый раз – год назад. Сейчас – то, что успело накопиться за год. Что следователи там целый год изучают? Да, ничего они не изучают: за год можно было бы изучить все, что надо. Иезуитски выглядит срочное возвращение изъятых «вещественных доказательств и документации» мужу убитой Ирины Славиной. Они перестали быть доказательствами? Или, наоборот, стали доказательствами против преступного режима?
Но ни технику, ни вклады, изъятые год назад у Михаила и Азата, не отдают. Так поступает избирательный штаб, облеченный государственной властью. Боится не только конкурентов, но даже тех, кто может им помочь. На наших выборах одному из участников разрешено все.

Технология «от двери к двери» примененная перед этим единым днем голосования, будет расширяться. В 2020-году страна попала на ту дорожку, которая идет под уклон, и ей будет очень трудно остановиться, катясь вниз.
Избиратель

Мэрия как часть избирательного штаба

«Мэрия Москвы заказала ВЦИОМу опрос о том, кого бы москвичи хотели видеть одномандатниками в Госдуме в 2021 г.»
(https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2020/09/30/841746-sotsiologi-merii).
Вчера мне тоже звонили с этим опросом.

Дорогие организаторы выборов – администрации, прокуратуры и избирательные комиссии! Именно такие действия мэрии и являются самой яркой иллюстрацией того, что ваши выборы фиктивны. Даже прямые фальсификации в дни голосования и при подсчете не столь показательны. С небольшим количеством последних вы вяло, но боретесь. А в этом случае вы даже не понимаете, что такие действия органа власти незаконны искажают суть выборов.
Вам не приходит это в голову, вы к такому привыкли, для вас участие в выборах власти, кормящей вас за счет налогоплательщиков, естественно. Я говорю это уверенно, поскольку многократно видел.

По-моему, это не естественно и даже противозаконно.
Неестественно потому, что власть, которая использует средства для достижения своих целей на выборах искажает волеизъявление избирателей за их же счет в свою пользу. Выборы превращаются в самовоспроизводство власти. А это уже не выборы, описанные в нашей многострадальной Конституции.

Противозаконно потому, что российское законодательство запрещает кому-либо осуществлять мероприятия, требующие финансовых или материальных затрат и направленные достижение определенных целей на выборах, без использования избирательного фонда.

Каждый политтехнолог, если не будет врать, может сказать, что затраты на социологические опросы в избирательной кампании требуют довольно больших затрат. Каждый крупный избирательный штаб специально нанимает социологов и проводит социологические исследования с целью повышения эффективности избирательной кампании. Не замечать того, что государственный орган открыто взял на себя часть работы избирательного штаба (и да, - это не впервой) – лицемерие.
Избиратель

О самоубийстве Ирины Славиной

Чтобы было более понятно, о чем речь. "Голос" и другие реально общественные организации проводили обучение наблюдателей для ЕДГ-2020. (Еще раз повторю, почему нужны наблюдатели на выборах: только потому, что государство не выполняет свои функции по защите конституционно установленных избирательных прав граждан (статьи 3 и 32 Конституции РФ)).

Трусливому государству очень это не нравится. Также, как в Татарстане, оно устроило облаву на лиц, причастных к организации настоящего (а не фиктивного - которое у нас тоже есть) наблюдения. В отличие от Татарстана, где дело ограничилось обысками и изъятием личных вещей, включая телефоны и компьютеры (телевизоры опричники оставили), в Н.Новгороде ретивость государственных холуев проявилась в возбуждении уголовного дела.

Поскольку реальных оснований для такого дела не было, была придумана связь организаторов обучения с "нежелательной" "Открытой Россией". На первом фото концовка Постановления следователя по особо важным делам полковника А.И.Шлыкова. Процитирую, поскольку это похоже на начало фашистской юстиции: «(Иосилевич М.А.)…продолжая реализацию умысла на участие в ее («Открытой России») деятельности действуя умышленно в целях посягательства на основы конституционного строя и безопасности государства , находясь в помещении …, принадлежащем ему на праве собственности , организовал путем предоставления указанного помещения и необходимого оборудования мероприятия по обучению наблюдателей на предстоящих выборах в городскую Думу г.Н.Новгорода, представительные органы органов местного самоуправления Нижегородской области, проводимого в рамках проекта «Объединенные демократы» Общественного сетевого движения «Открытая Россия», а также принял участие в данном мероприятии. …Таким образом Иосилевич М.А. участвовал в деятельности на территории Российской Федерации иностранной неправительственной организации, …в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации».

Неизвестно, разбирался ли полковник Шлыков, сидящий на шее у  налогоплательщиков, в действительных обстоятельствах дела, поскольку, как пишет Марина Чуфарина в посте, на который я никак не могу сослаться, в Н.Новгороде нет отделений «Открытой России», а само обучение наблюдателей было организовано «Голосом» и организацией «Городские проекты». Да это и  неважно, потому что Полковник Шлыков – это винтик, которого государство, не любящее граждан, за приличную зарплату может ввинтить куда угодно.

Насколько я понимаю, Ирина Славина была ознакомлена со следственным делом и опубликовала (https://www.facebook.com/photo.php?fbid=3537770496286342&set=p.3537770496286342&type=3 ) у себя в ФБ одну из страниц следственного дела (см. второе фото). На этой странице - те «свидетели», которые помогли полковнику сфабриковать дело. Не исключаю, что после этого на Ирину было оказано сильное давление. О ее реакции известно.

Я лично не был знаком с Ириной, хотя она была у меня в ФБ-друзьях. Но уверен, что она настоящий гражданин, внесшая вклад в развитие России. В отличие от шантропы, помогавшей полковнику сляпать дело.
Эта шантропа зря надеется на хороший конец. При этом я ни в коем случае не призываю безоружных граждан насильственно расправляться со стукачами. История показывает, что на том пути, по которому катится страна, стукачей при определенных обстоятельствах придушивают сами полковники, которым они помогали и у которых на них есть полное досье.
Избиратель

Как избиркомы реагируют на ЦИК

Вчера я обнаружил, что данные некоторых протоколов по выборам губернатора Костромской области, выложенные в ГАС выборы 15 сентября, отличаются от данных, выложенных там же 19 сентября. Изменения были внесены, главным образом в строку «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования». Изменения связаны с тем, что некоторые здравомыслящие участковые комиссии резонно решили, что бюллетени, положенные в стационарные ящики не должны записываться в строку о числе бюллетеней в переносных ящиках. Но в Инструкции ЦИК РФ было написано по-другому. Вот, некоторые и ошиблись.
Вряд ли составление повторного протокола, состоявшееся через два дня после дня голосования, происходило так, как это положено по закону, с уведомлением наблюдателей. По крайней мере, ни меня, ни моего коллегу по одной из костромских УИК на составление повторного протокола не приглашали.
В предыдущем материале я предположил, что подобные ошибки и исправления были сделаны во всех регионах, где проходили выборы.
Я немного ошибся: не во всех.
Сравнив данные 18-ти регионов по выборам глав администраций (губернаторов, президентов и пр.) я увидел интересную картину.
В 6 регионах (Костромская, Смоленская, Иркутская, области, Краснодарский и Камчатские края, Республика Татарстан) данные в указанной строке действительно поменялись. В 5-ти из них (за исключением Камчатского края), некоторые УИКи действительно не послушались ЦИК, и это было основной причиной изменений.
Но совершенно замечательно, что 2-х регионах переделывать протоколы не стали: уж очень там было много УИК, не последовавших Инструкции ЦИК. В Пермском крае их оказалось 16%, в Чувашской Республике – 44%.
В остальных 10-ти регионах (Тамбовская, Ленинградская, Пензенская, Архангельская, Брянская области, Республика Коми, Еврейская АО и город Севастополь) УИКи сразу выполнили Инструкцию ЦИК.

Выводы:
1) В некоторых регионах УИКи все-таки были обучены выполнять «странную» инструкцию ЦИК РФ;
2) Там, где не все УИКи знали Инструкцию ЦИК, но где Инструкцию знала региональная комиссия, протоколы «подправили» через пару дней после голjсования;
3) В 2-х регионах УИКам вообще не рассказали про то, в какую строку протокола по Инструкции ЦИК надо заносить число бюллетеней досрочного голосования в стационарные ящики. Там региональные комиссии проигнорировали Центральную избирательную комиссию Российской Федерации.
Избиратель

Как ЦИК запутал нижестоящие комиссии

Предположение о том, что «Порядок досрочного голосования избирателей, участников референдума с применением дополнительных форм организации голосования при проведении выборов, референдумов в единый день голосования 13 сентября 2020 года», утвержденный Постановлением ЦИК РФ №260/1916-7 от 24.07.2020 (далее - Порядок) было написано на коленке, нашло подтверждение в электоральной статистике, которую ЦИК так хотело скрыть от граждан под своей капчей. Но все тайное становится явным, особенно, если внимательно следить за тем, что происходит на самом нижнем уровне комиссий – в участковых комиссиях.
Итак, вечером 13 сентября я был на подсчете голосов в участковой избирательной комиссии (УИК) №266 в прекрасном городе Кострома (см. https://www.facebook.com/andrei.buzin/posts/3863452307017285).
Тихо следил за тем, как считают бюллетени и голоса. Делал я это, как читатель понимает, не в первый раз, но неожиданно у меня возник вопрос, связанный с «дополнительными формами организации голосования». В какую строку протокола надо относить число бюллетеней, извлеченных из стационарных ящиков после досрочного голосования? Надо ли их включать в строку «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в стационарных ящиках для голосования»?
Я решил проконсультироваться с председателем вышестоящей комиссии и позвонил в ТИК. Обсудив этот вопрос с председательницей, мы пришли к мнению, что это надо делать, поскольку было странным включать бюллетени, извлеченные из стационарных ящиков в строку «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования».
Так моя комиссия и поступила. Однако, мы оказались неправы, поскольку в пункте 6.11 упомянутого Порядка сказано: «Число бюллетеней, извлеченных из сейф-пакетов, учитывается в протоколе участковой комиссии об итогах голосования в строке «число бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования». А бюллетени досрочного голосования из стационарных ящиков хранятся именно в сейф-пакетах.
При сдаче протоколов моей УИК в ТИК они были переписаны в соответствии с требованием Порядка (правда, заодно «немного подправили» и то, что нельзя было подправлять – см. https://www.facebook.com/andrei.buzin/posts/3872689366093579). Число бюллетеней, содержащихся в стационарных ящиках уменьшилось, а число бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках, ровно на столько же увеличилось.
После этого случая я, подумал: интересно, а все ли комиссии в конечном счете исполнили упомянутое требование ЦИК? Было ли единообразие в составлении протоколов об итогах голосования.
Что будет, если число «досрочных» бюллетеней из стационарных ящиков не будет включено ни в графу «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в стационарных ящиках для голосования», ни в графу «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования»? Поскольку в этом случае они все равно учитываются строке «Число избирательных бюллетеней, выданных избирателям, проголосовавшим досрочно», постольку число выданных бюллетеней превысит число извлеченных из ящиков бюллетеней примерно на это невключенное число. Примерно, а не точно по той причине, что некоторое количество бюллетеней могли унести с собой избиратели-клептоманы.
То есть, если УИК никуда не включил число бюллетеней, извлеченных из стационарных ящиков до дня голосования, то эта разница будет достаточно большой. Если же все-таки УИК исполнил требование ЦИК или поступил так, как первоначально поступила моя комиссия, то эта разница будет маленькой, равной числу «унесенных» бюллетеней.
А теперь посмотрим на статистику выборов в Костромской области (данные, вопреки усилиям ЦИК РФ взяты из ГАС «Выборы»).  
В Костромской области одновременно проходили выборы Губернатора и депутатов областной думы (по областному и одномандатным округам), а во многих местах, в частности – в столице области, еще и в органы местного самоуправления. Полагаю, что в УИКах, составляя 3 или 4 протокола, пользовались одним и тем же правилом: либо учитывали число «досрочных» бюллетеней, извлеченных из стационарных ящиков в протоколе, либо не учитывали. Поэтому мы можем воспользоваться данными только из одного протокола, например, из протокола по выборам Губернатора. Так мы и поступим (мы будем использовать нумерацию строк протокола по губернаторским выборам; в других протоколах нумерация немного отличается).
Если указанное число не учитывали, то разность
Δ= Строка 3 (Число избирательных бюллетеней, выданных избирателям, проголосовавшим досрочно)
+ Строка 5(Число избирательных бюллетеней, выданных избирателям, проголосовавшим вне помещения для голосования в день голосования)
Строка 7 (Число избирательных бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования)
будет большой, а если учитывали (неважно, в какой строке – седьмой или восьмой), то разность будет маленькой.
Данные из ГАС «Выборы» показывают, что из 552-х УИК Костромской области:
Два УИК имеют Δ равное -1 (вероятно, это следствие того, что недисциплинированный избиратель в день голосования, придя на участок, сумел бросить свой бюллетень не в стационарный, а в переносной ящик;
У 384 УИК Δ равна 0;
У 27 УИК Δ лежит в интервале от 0 до 9 включительно,
А 139 УИК имеет Δ больше или равное 10.

Четверть УИК заполняли протокол не так, как остальные три четверти УИК и ТИКи этого не заметили!
Это, в частности, значит, что данные строки «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования» в протоколах всех вышестоящих комиссий не несут никакой информации.

Заметим, что при «неправильном» учете (то есть, не соответствующем Порядку) число Δ равно количеству досрочно проголосовавших в помещении для голосования избирателей за вычетом «унесенных» бюллетеней. Если бы ЦИК РФ установил бы такой порядок учета, то можно было бы вычислить скрываемую ЦИКом информацию о распределении досрочного голосования на голосование вне помещения и вне его.

Интересный факт: ТИК №2 города Костромы исправил ошибку, допущенную УИК №266, в которой я присутствовал на подсчете голосов. ТИК просто «перекинул» часть данных из строки 8 в строку 7, не изменив при этом общее число бюллетеней, содержавшихся во всех ящиках. Но этот же ТИК не обратил внимание на то, что в шести его УИК из 54-х (№№233, 255, 257, 260, 273 и 279) в нарушение Порядка ЦИК число бюллетеней, извлеченных из стационарных ящиков, не было внесено в строку 7.
И я даже знаю почему ТИК обратил внимание именно на мою комиссию! Дело в том, что в моей комиссии честно отразили небольшой дисбаланс бюллетеней в протоколе («балансирующие» строки 11 и 12). ТИК №2 заодно исправил и этот недостаток наших протоколов, «высосав» по традиции из погашенных (то есть «из пальца») несколько бюллетеней. У остальных УИК, председатели были опытнее и знали, что в ТИК ненулевые балансовые строки не прощают.

Я уверен, что и в других регионах избиркомы запутались со строками протокола.

Впрочем, описанная мной нарушение Порядка само по себе не влияет на результаты претендентов. На этот раз то, что я здесь написал – не упрек в фальсификации, а лишь упрек в невысокой квалификации системы избиркомов.
Избиратель

Открытое письмо в Избирательную комиссию Костромской области

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

ГРАЖДАНИНА БУЗИНА АНДРЕЯ ЮРЬЕВИЧА

ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КОМИССИИ КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

О СОСТАВЛЕНИИ ПОВТОРНЫХ ПРОТОКОЛОВ

НА ИЗБИРАТЕЛЬНОМ УЧАСТКЕ №266

Уважаемый Михаил Владимирович!

Уважаемые члены комиссии!

Избирательная комиссия Костромской области рассмотрела моё заявление о несовпадении данных в копиях четырех протоколов об итогах голосования на избирательном участке №266 с данными ГАС «Выборы» по этому участку.

В первую очередь хотелось бы отметить оперативность рассмотрения заявления, составления и предоставления заявителю решения по заявлению.

Во вторую очередь, хотелось бы поблагодарить членов участковой избирательной комиссии №266, проявивших выдержку и добросовестность в сложившихся непростых обстоятельствах. Участковая избирательная комиссия №266 проявила высокий уровень открытости и гласности, предоставив мне, как члену вышестоящей комиссии, возможность ознакомиться со всеми запрошенными документами, в том числе с актами досрочного голосования и списком избирателей. Подсчет голосов той части избирателей, которые голосовали вне интерната, где был установлен карантин, а также неиспользованных бюллетеней производился тщательно и в моем присутствии. Также в моем присутствии составлялись протоколы об итогах голосования.

В связи с этим хотел бы ответственно заявить о том, что некоторые факты, изложенные в Постановлении Избирательной комиссии Костромской области, не соответствуют действительности, по крайней мере, на момент составления указанных протоколов.

Обращу внимание на важное обстоятельство. Перед составлением протоколов я консультировался с председателем Избирательной комиссии Костромской области М.В.Барабановым и председателем ТИК №2 Т.Б.Яновской по вопросу о том, включать ли число бюллетеней, извлеченных из СТАЦИОНАРНЫХ ящиков и перемещенных в сейф-пакеты, в строку протокола «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в ПЕРЕНОСНЫХ ящиках для голосования» (строка 7 в протоколах по выборам Губернатора и строка 8 в остальных протоколах). Михаил Владимирович был занят и не смог дать ответа, а с Татьяной Борисовной мы пришли к общему мнению, что этого делать не надо, а ВСЕ бюллетени, извлеченные из стационарных ящиков, включаются в строку протокола «Число избирательных бюллетеней, содержащихся в стационарных ящиках голосования». Это была МОЯ и Татьяны Борисовны ошибка, поскольку в пункте 6.11 Порядка досрочного голосования избирателей, участников референдума с применением дополнительных форм организации голосования при проведении выборов, референдумов в единый день голосования 13 сентября 2020 года, утвержденного Постановлением ЦИК РФ №260/1916-7 от  24.07.2020 (далее - Порядок), указано:

«Число бюллетеней, извлеченных из сейф-пакетов, учитывается в протоколе участковой комиссии об итогах голосования в строке «число бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования».

Поэтому следует признать правомерным изменение следующих строк протоколов:

№№ 7 и 8 по выборам Губернатора;

№№ 8 и 9 по выборам депутатов Облдумы по областному избирательному округу;

№№ 8 и 9 по выборам депутатов Облдумы по одномандатному избирательному округу;

№№ 8 и 9 по выборам депутатов городской Думы.

Однако, изменение следующих измененных строк в повторном протоколе строк представляется не основанным на законе, поскольку оно не могло быть произведено без повторного подсчета голосов, которого, в соответствии с Постановлением Избирательной комиссии Костромской области №1572 от 17.09.2020 «О рассмотрении обращения Бузина А.Ю.» произведено не было:

№№ 6 и 11 по выборам Губернатора; 

№№ 7 и 13 по выборам депутатов Облдумы по одномандатному избирательному округу (строка 13 вообще не упомянута в Постановлении Избирательной комиссии Костромской области);

№№ 6, 7 и 12 по выборам депутатов городской Думы (здесь особенное внимание следует обратить на изменение строки 6, увеличенной на 2 по непонятным причинам).

В соответствии с пунктом 8 статьи 69 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" неоповещение лиц, присутствовавши при составлении протокола об итогах голосования о составлении повторного протокола «является основанием для признания этого протокола недействительным». В данном случае норма закона не оставляет за избирательной комиссией возможности не признать повторный протокол недействительным.

Избирательная комиссия Костромской области признала факт неоповещения присутствовавших при составлении протокола об итогах голосования о составлении повторного протокола Бузина А.Ю. и Грезева А.В. и указала на него в своем решении.

Мне совершенно понятна подоплека изменения указанных строк протоколов. В системе российских избирательных комиссий существует традиция добиваться любыми путями, в том числе и незаконными, обнуления «балансирующих» строк протокола (строки 11 и 12 в протоколе по выборам Губернатора и строки 12 и 13 в остальных протоколах). Это – традиция очковтирательства. Баланс бюллетеней при большом числе бюллетеней может немного нарушаться вполне естественным образом из-за «человеческого фактора». Нельзя винить избирательные комиссии (тем более – только участковые комиссии), что при передаче бюллетеней из рук в руки изредка происходит потеря или «неучет» нескольких бюллетеней. Это может происходить даже не по вине комиссии, а по вине изготовителей бюллетеней или избирателей. По моим наблюдениям примерно в 25-30 процентах комиссий наблюдается реальный дисбаланс бюллетеней. «Подгонка», которая производится в большинстве случаев, и которая была произведена в участковой комиссии №266 благодаря давлению со стороны вышестоящей комиссии – постыдный факт нарушения честного подсчета. К счастью, не повлиявший на установление действительного волеизъявления избирателей.

Замечу, что на эту тему, предчувствуя небольшой дисбаланс в участковой комиссии №266, я специально беседовал с председателем ТИК №2 Яновской Т.Б.

Не могу также не упомянуть еще один факт нарушения процедуры. Порядок ЦИК РФ требует, чтобы бюллетени досрочного голосования упаковывались в сейф-пакеты, который опечатывается с использованием печатей (средств), исключающих возможность их снятия без повреждения. По крайней мере в нескольких участковых комиссиях города Костромы это требование нарушалось (есть фото и видеодоказательства): бюллетени упаковывались в сейф-пакеты, с которых была сорвана защитная лента. Такое произошло и в комиссии №266, где я лично убедился в том, что сейф-пакеты были опечатаны ненадлежащим образом. Полагаю, что участковые избирательные комиссии не были обучены обращению с сейф-пакетами.

С уважением,             А.Бузин

18.09.2020

Избиратель

О политических разногласиях «Голоса» и ЦИК РФ

Элла Александровна Памфилова открыла журналистам тайну. Она призналась, что разногласия «Голоса» с ЦИК РФ носят ПОЛИТИЧЕСКИЙ характер (https://www.interfax.ru/interview/727129). Это важное и правильное признание; это признание в том, что у ЦИК есть политический интерес.
Для меня, думаю и для многих других граждан страны, это признание не было открытием. ЦИК действительно всегда и особенно в свои последние три созыва был составной частью главной политической силы страны – российской бюрократической корпорации. К этой корпорации относятся все государственные органы – Федеральное Собрание, суды, правоохранители и т.д. Эта корпорация имеет своё подразделение в нашей квазипартийной системе – «Единую Россию». Эта корпорация сменила старую «руководящую и направляющую силу», которая, между прочим, была формально более легитимной, поскольку была прямо вписана в конституцию страны.
Увы, по моим долгосрочным наблюдениям, система избирательных комиссий, вопреки заявлениям о своей «нейтральности», в целом очень политизирована и реализует политику действующей власти. Такая ситуация объясняется в первую очередь кадровым составом избирательных комиссий, который формируется номенклатурным путем. Следствием этого является воспроизводство действующей власти путем псевдовыборов.
Вполне осознавая свои «политические пристрастия» и признаваясь в них, я хотел бы заметить Элле Александровне, что с тех пор, как она фактически отказалась от сотрудничества с «Голосом» институт выборов совсем перестал совершенствоваться. Правда, в первую очередь, это связано с антинародной политикой руководства страны, выражающейся, в частности, в деградации законодательства и права.
Приведенные в интервью успехи деятельности ЦИК РФ очень сомнительны.
Признавая достаточно большую нагрузку по организации выборов в условиях пандемии, которая легла на систему избирательных комиссий, отмечу, что с моей точки зрения, выделяемые для комиссий ресурсы не только адекватны этой нагрузке, но в некоторых случаях избыточны.
Трехдневное голосование обусловлено не только заботой о здоровье населения (непредусмотренное Конституцией общероссийское голосование в опасный период доказало это), но увеличением возможностей администрации по управлению выборами. «Новые технологи» внедряются в тот период, когда доверие к избирательной системе не слишком высоко (и утверждение Эллы Александровны о росте такого доверия сомнительно), поэтому основная цель их внедрения – реклама собственной активности и отвлечение внимание от главных проблем выборов. Утверждение о том, что внедрение QR-кодов на «два порядка ускорило ввод протоколов в ГАС» - просто ерунда. Дистанционное голосование внедряется без достаточных гарантий общественного контроля и вызовет увеличение недоверия общества к итогам голосования.
Элла Александровна, говоря о достижении ЦИК в отказе от открепительных удостоверений, забыла упомянуть, что толчок этому усовершенствованию был дан именно её консультантами из «Голоса», когда она еще не замечала политических расхождений с ними.
Внедрение электронных помощников для участковых избирательных комиссий было реализовано фантастически затратным образом, как это обычно и бывает в государственных учреждениях, у которых затраты действительно на два порядка отличаются от затрат общественных активистов на аналогичные достижения (за это же время «Голос» внедрил и электронную обучающую библиотеку, и электронных помощников наблюдателей).
А что касается взаимодействия с наблюдателями, то оно резко ухудшилось в последнее время. ЦИК РФ делает вид, что количество наблюдателей увеличилось, поскольку на участках появились наблюдатели от общественных палат. «Голос» бывает на избирательных участках, и я могу с уверенностью заявить, что сотни тысяч новых наблюдателей – это фейк. Это те наблюдатели, которые не заметили нарушений на выборах губернатора Приморского края, которые отменил даже ЦИК РФ. При этом усилилось давление на организаторов настоящего наблюдения: их задерживают и даже сажают.
Основной участник выборов, не без помощи последнего состава ЦИК, существенно сузил доступ к электоральной информации. Значительно ухудшились возможности получения видеозаписей с избирательных участков, естественно, под реляции о том, что в видеозаписях и в открытости выборов мы «впереди планеты всей». Ограничивается доступ к электоральной статистике, которая приоткрывает нежелательные государственные тайны наших выборов
Однако, я отвлекся. Главная задача, которую исполняет ЦИК РФ, непомерно гордясь своими достижениями по части внедрения новых технологий – защита избирательных прав «одной из сторон». А у «Голоса» такой задачи нет.
Вот и получаются политические противоречия…
Избиратель

Костромские этюды

1. О взаимодействии наблюдателей с государством

«Голос» выпустил предварительное заявление по ЕДГ2020 (https://www.golosinfo.org/articles/144708). Оно звучит несколько алармистски, и я понимаю почему: перед выборами государство устроило в нескольких регионах зачистку кандидатов и наблюдателей, а во время выборов опять проявило себя во всей красе в Татарстане, Краснодарском крае, Ямало-Ненецком АО. Я неспроста говорю «государство», ибо случившиеся инциденты возможны только при единодушии всех государственных органов – избиркомов, полиции, прокуроров и судов.

Запреты фото- и видеосъемки, мордобой и изгнание наблюдателей – не новость для российских выборов. Все это, я помню, было и в 2007-2015 годах. Но за период 2016-2018 это немного подзабылось. На некоторое время (после начала работы Э.А.Памфиловой в ЦИК РФ) комиссии приутихли. Но в последнее время мы начали возвращаться к старому стилю взаимодействия комиссий с наблюдателями. Элла Александровна тоже вернулась к обычной риторике руководства электорального ведомства, которую мы знаем со времен чуровского ЦИК. Глядя на ЦИК, подтягиваются и нижестоящие комиссии. Наблюдателей ждут непростые времена. Впрочем, отношение к наблюдателям – частный случай общей тенденции, поскольку Россия уже практически выпала из правового поля.

Но Россия очень большая и разная. Регионы отличаются не только расстоянием от Москвы, но и индивидуальными качествами руководителей. В некоторых регионах желание исполнительной власти тупо фальсифицировать выборы сдерживается застенчивостью, а возможно и честностью руководителей регионального избирательного ведомства. Иногда эти качества распространяются и на нижний уровень комиссий, хотя, конечно, их связь с местной администрацией намного сильнее, чем с региональными комиссиями.

По большому счету избирательная власть не может повлиять на главные составляющие выборов. Она не может обеспечить конкурентность, представительство политического спектра на выборах, не может воспрепятствовать использованию главных административных ресурсов – правоохранительных, судебных, информационных, финансовых. Но она может продемонстрировать свое отношение к наблюдательскому движению или к прямым фальсификациям.

Между председателями избирательных комиссий большая разница. Не в характерах, а в отношениях с местными гражданскими активистами. Конечно, она частично объясняется и характером местных активистов, но сам этот факт говорит о многом. К тому же, это отношение значительно меняется в зависимости от того, собирается ли комиссия фальсифицировать текущие выборы (у меня есть несколько личных примеров этому). Например, на губернаторских выборах 2018 года в Владимирской области я сразу встретился с недоброжелательным отношением председателя ТИК. Позже я убедился, что здесь действительно намеревались фальсифицировать выборы. Все местные органы были заточены на это.

Уровень взаимодействия избиркомов и гражданского общества в определенной степени сказывается и на результатах выборов. Нынешний мой выезд в Костромскую область подтверждает это. В Костроме местные выборы (в отличие от губернаторских) прошли совсем неплохо в части взаимодействия избиркомов и гражданского общества. Не было замечено прямых фальсификаций, а итоги голосования свидетельствуют о том, что выборы были похожи на настоящие. В Татарстане и Краснодарском крае картина другая как по взаимоотношениям наблюдателей с избиркомами, так и по результатам выборов.

2. Костромская область на фоне России

В Кострому я приехал со статусом члена областной комиссии с правом совещательного голоса и встретил необычное отношение со стороны председателя областной комиссии Михаила Владимировича Барабанова. Это то отношение, которое должно быть, но которого нет в подавляющем большинстве наших комиссий. Даже уж и не знаю, чем это кончится для Михаила Владимировича…

Конечно, необычное отношение – это не напускная доброжелательность. Это оперативный отклик на просьбы и инициативы. По первой просьбе я получил и списки участковых комиссий, и сведения о числе досрочно проголосовавших и «мобильных» избирателях (заметьте, все это есть в комиссиях!). В первый же день мы с Барабановым объехали избирательные комиссии – те, которые назвал я. На второй день я получил разъяснение по дисбалансу «мобильщиков», которых в Костромской области было намного меньше, чем в других регионах. На третий день, после того как я получил сведения о том, что некоторые технологи сомневаются в невозможности вскрыть сейф-пакеты без повреждения, Барабанов сразу же согласился провести открытый эксперимент с приглашением всех желающих.

Это та самая открытость, которая снимает напряженность. Это та самая открытость, которой НЕТ у подавляющего большинства наших организаторов выборов, и КОТОРАЯ ЯВЛЯЕТСЯ ПРИЧИНОЙ НАПРЯЖЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ НАБЛЮДАТЕЛЯМИ И ИЗБИРКОМАМИ.

Михаил Владимирович посетил со мной и самую большую территориальную комиссию, благодаря чему и там отношение к моим просьбам стало необычным.

Были ли в Костроме нарушения? Еще какое! Явно повлиявшее на волеизъявление избирателей. И по этому поводу я подал жалобу в областную комиссию. Жалоба была оперативно рассмотрена. Но нарушение и решение комиссии было такое, которое отражало лишь бессилие избирательных комиссий перед административным ресурсом.

Дело в том, что на избирательных участках Костромы присутствовали так называемые «пункты сбора опросных листов «Народный бюджет». Избирателям предлагалось заполнить опросный лист с вопросом о том, как распределить дополнительно выделенные Костромской области из федерального бюджета 300 миллионов рублей. Опрос был организован мэрией Костромы. Куда потом уходили опросные листы неизвестно, но было замечено, что некоторые избиратели приходили на участок уже с опросным листом, к которому был подколот агитационный материал «Единой России» и ее кандидатов (эти материалы, конечно, были приобщены к моей жалобе). На вопрос о том, где они брали опросные листы некоторые откровенно отвечали, что их давали на работе.

Эх, невдомек нашим избиркомам, что совмещение избирательных штабов «Единой России» с администрациями не менее сильно подрывают институт российских выборов, чем прямые фальсификации при подсчете голосов.

Сам по себе день голосования сюрпризов не принес. Судя по всему, все было подсчитано достаточно честно. Расхождений между копиями протоколов и данными ГАС «Выборы» В ЧАСТИ, КАСАЮЩЕЙСЯ НАБРАННЫХ КАНДИДАТАМИ ГОЛОСОВ НЕ ОБНАРУЖЕНО. На том, округе, на котором я присутствовал, и в орган местного самоуправления, и в областную Думу победил кандидат, не поддержанный администрацией.

3. В отдельно взятой УИК

На подсчете я побывал в «сложной» участковой комиссии. Большая часть избирателей этой комиссии – постояльцы интерната для престарелых и инвалидов. Как вы догадываетесь, они составили бОльшую часть голосующих (например, на выборах губернатора они составили 68%, а на выборах в одномандатном округе Областной Думы – 74%). Те, кто зарегистрирован в интернате по месту жительства или по месту пребывания дружно подали заявления о голосовании вне помещения (через директора интерната). Еще больше жителей интерната, не зарегистрированных там, сначала подали через «госуслуги» заявление о голосовании «по месту нахождения», а уж потом - заявление на голосование вне помещения.

Итого из интерната в комиссию поступило около двух сотен заявлений. Перед началом голосования 11 сентября выяснилось, что в интернате есть больные ковидом, поэтому там объявлен карантин. Заботясь о здоровье наблюдателей, руководство интерната объявило, что никого туда не пустит. Голосование в интернате вроде как проводили два члена УИК, которые являются сотрудниками интерната. Переносные урны из интерната были «переданы на волю», то есть, в участковую комиссию, но голоса по ним из санитарных соображений считались отдельно специальными членами комиссии в противочумных костюмах.

Благодаря такой процедуре у нас есть возможность сравнить итоги голосования в интернате и «на воле». Мне удалось это сделать по выборам губернатора и по выборам в областную Думу по единому округу. Распределение голосов практически совпало! (В интернате немного выше доля голосов, отданных партии пенсионеров и КПРФ). Это – довольно неожиданный результат, тем более, что голосование проходило в отсутствие наблюдателей.

Однако не обошлось без неприятностей. Во-первых, я обнаружил, что столь тщательно разрекламированные сейф-пакеты, «которые нельзя вскрыть без повреждения», в чем я единолично убедился на показательном эксперименте (см. выше), заклеены и опечатаны «старым дедовским способом»: клейкая защитная лента просто отсутствует, а пакет заклеен «вручную», опечатан бумажкой с печатью, и на ней есть подписи наблюдателей. Но подозрений на то, что пакет был вскрыт, у меня не возникло. Иначе говоря, мой избирком не был обучен использовать суперзащищенные сейф-пакеты, о которых нам так много говорили в ЦИК РФ. И использовал их как обычные «вскрываемые» мешки.

Вторая неприятность более существенная. Глядя на комиссию, я сразу предполагал, что мы обнаружим некоторый дисбаланс бюллетеней. При большом количестве бюллетеней (а их было аж 4 вида) небольшой дисбаланс совершенно естественен. Однако у наших комиссий слишком сильны традиции очковтирательства, и вышестоящие комиссии не переносят ненулевых «балансирующих» строк протокола (две последние строки в первой части протокола, то есть, перед строками с числом голосов за претендентов). Также, как и опытные председатели УИК, я хорошо это знаю, поэтому заранее попросил председательницу территориальной комиссии (ТИК) и даже самого Барабанова не придираться к небольшим значениям в балансирующих строках.

В нашей комиссии в трех протоколах из четырех балансирующие строки были ненулевыми: в одном фигурировало число 10, в двух – по единице. И ТИК все-таки не выдержал.

Полученные мной копии протоколов НЕ СОВПАДАЮТ С ДАННЫМИ ГАС «ВЫБОРЫ»! Ради «обнуления» балансирующих строк ТИК переделал первую часть протокола. Естественно, и я, и присутствовавший при подсчете «представитель СМИ» Александр Грезев ни о каком «повторном подсчете голосов не слышали, а узнали об этом только через два дня из ГАС «Выборы». Традиции очковтирательства даже без фальсификаций  пересилили закон.

Вот такие впечатления от более-менее чистых выборов в Костроме.

Избиратель

(О)Травили ли Навального?

Государственное признание факта БОЛЕЗНИ Навального свидетельствует о том, что государственной пропаганде есть еще куда двигаться. Среди околосимоньяновских комментариев я видел версию, что Навальный жив и здоров, потому что в Твиттере есть сообщения от имени Навального. Но Путин усами Пескова честно признается, что «пациент болен». Уже хорошо.
Врачи из Омска говорят, что не нашли следов отравления. Даже омский спектрометр не выявил ядов! Некоторые даже толкуют, что Навальный уже был больным, а Симоньян утверждает, что все это – от повышенного уровня сахара, и что с ней тоже такое бывало. Правда, никто не отрицает, что первым делом добросовестный врач вколол не инсулин, а антидот. Хорошо осведомлен о самостреле Навального не только наш Президент, но и Президент Белоруссии. Версии о болезни Навального распространяются по каналам российских массовых средств пропаганды и подкрепляются отсутствием уголовного дела.
С другой стороны, немецкие врачи и химики, гнут свою линию. И утверждают, что нашли в теле следы сильного отравляющего вещества. С точки зрения государственных патриотов (кстати, в нашей стране есть и негосударственные) это – очередной пропагандистский наезд на нашу страну.
И что же я должен делать? Как считать: отравили или не отравили? Вот лично я, который вообще не может самостоятельно проверить ту или иную версию?
Я должен либо сделать вид, что меня это дело вообще не интересует, мне вся эта политика фиолетова, либо я должен какой-то из сторон ПОВЕРИТЬ. Какой же?
Дорогие наши государственники! Я поверю немецкой стороне.
Потому что я в течение всей довольно длинной своей жизни, за исключением, может 10-15-ти лет, убеждался в том, что наше государство слишком часто врёт. В некотором роде ложь возведена в ранг государственной политики.
В советские времена я это подозревал, но у меня были лишь косвенные доказательства. Я получил хорошее естественно-научное образование и не склонен к огульным упрекам. Я склонен к исследованию доказательств. Российские выборы, которыми я занимаюсь более 30 лет, предоставили мне эти доказательства вполне. Я видел вранье членов избирательных комиссий ВСЕХ уровней, и закрепление этого вранья судебными решениями. Я видел вранье о выборах наших пропагандистов и победителей – нынешней администрации, и тоже – на всех уровнях власти. И тут я не просто верил, тут я имел на руках неопровержимые доказательства государственной лжи – письменные и устные свидетельства.
А в случае с Навальным мне остается только верить кому-то. Но одной из сторон я точно верить не могу. И думаю, что не только я: разные граждане в разных областях могли убедиться в лживости нашего государства. У многих кредит доверия к государству исчерпан.
 А косвенных доказательств у меня тоже достаточно. Государство Навального травило? Вспомните истории с нерегистрацией партий, с телевизионными наездами, с судебными преследованиями и закрытием финансовых счетов. Далеко ли от травли до отравления?
С этой «болезнью» государство явно просчиталось. Политтехнологи отлично знают, что одним из важнейших факторов политических побед является фактор «узнаваемости». И если раньше федеральная узнаваемость Навального благодаря огосударствлению СМИ была 15%, то теперь она сравняется с узнаваемостью Путина. С чем я отравителей и поздравляю.
Тут, правда, я вижу абсурдистский вопль: «Вот для этого он себя и отравил». Кстати, такой политтехнологический прием – самоубийство кандидата – описан в одной гротескной политтехнологической книге еще в 2003 году. Только, вот, Навальный, по моим наблюдениям, не абсурдист.
Избиратель

Ивановский горизбирком озаботился здоровьем населения

 Как известно, организаторы выборов «в целях создания условий для защиты здоровья избирателей при участии в голосовании, создания максимального удобства для реализации гражданами Российской Федерации избирательных прав» решили ввести на выборах новые, «дополнительные» формы голосования, в частности «досрочное голосование групп избирателей, которые проживают (находятся) в населенных пунктах и иных местах, где отсутствуют помещения для голосования и транспортное сообщение с которыми затруднено».
Здравому человеку сразу представляются пастбища, удаленные аулы, занесенные снегом яранги. А вот избирательной комиссии города Иваново, что в 250 километрах от Москвы в качестве «населенных пунктов, транспортное сообщение с которыми затруднено» представляются улицы родного города, до которых неудобно добираться на транспорте.
А потому избирком города Иванова 21 августа 2020 года разрешил участковым избирательным комиссиям избирательных участков №№ 114, 130, 143, 154, 219 применять 11, 12 сентября 2020 года досрочное голосование групп избирателей, которые проживают (находятся) в населенных пунктах и иных местах, где отсутствуют помещения для голосования и транспортное сообщение с которыми затруднено», то есть, на некоторых улицах города Иванова. Впрочем, некоторые из этих улиц находятся в шаговой доступности от участковых комиссий). Понятное дело, избирком, также, как и ЦИК,  обосновывает свое решение заботой о здоровье избирателей.
Досрочное голосование, которое и раньше в массовых масштабах применялось для фальсификации выборов, благодаря которому были сфальсифицированы итоги голосования на выборах губернатора Санкт-Петербурга в 2014 году и при недавнем одобрении изменений в Конституцию, которое уже отлилось Белоруссии в гражданское противостояние, получило у нас ожидаемую поддержку организаторов выборов.
Голосование в населенных пунктах, «с которым затруднено транспортное сообщение» применялось у нас и раньше. В некоторых областях России, где велико количество мелких деревень – Тамбовской, Воронежской, Волгоградской, Ивановской и других, - голосование путем объезда деревень и поголовного привлечения к голосованию всех жителей, было распространенным явлением.
Этот прием теперь будет распространен и на досрочное голосование. Наши выборы развиваются вместе со страной. И все дальше уходят от конституционных деклараций.
P.S. Дотошный читатель Постановления ЦИК РФ от 24 июля, на котором основано решение Ивановского горизбиркома, может озадачится вопросом, почему горизбирком не назвал это «голосованием на придомовых территориях» (еще один новый вид досрочного голосования)? Думаю, ответ заключается в том, что «голосование на придомовых территориях» требует по Постановлению ЦИК РФ «ширм для сохранения тайны голосования», стульев, столов и прочих глупостей. Зачем ивановской мэрии лишние трудности?